nioch.ru

Федеральное государственное бюджетное учреждение науки
Новосибирский институт органической химии им. Н.Н. Ворожцова
Сибирского отделения Российской академии наук

Проект "Четыре портрета": материал с сайта ИОХ РАН им. Зелинского http://zioc.ru/events/news-announcements/2017/ximiya-iskusstva-i-iskusstvo-ximii

four portrets four portrets

А.Г. Толстиков, М.В. Вяжевич "Четыре портрета" (Часть 1)

А.Г. Толстиков, В.Ю. Афиани "Четыре портрета" (Часть 2)




Оссовский: А надо так – рисуешь нос, а захватываешь и затылок.

Удивительная вещь: говоря о свершившихся явлениях искусства, мы часто вольно или невольно употребляем слово «химия». Та самая «химия», которая возникает между музыкантами и дирижером в оркестре Мравинского, между участниками группы The Beatles в студии, между артистом, полотном художника или стихотворением и аудиторией. Почему именно химия, а не физика, астрономия, биология или любая другая серьезная наука?

Может быть, потому, что именно химическая реакция происходит между двумя изначально инертными субстанциями: слушателем и музыкантом, читателем и книгой, зрителем и картиной? В момент их соприкосновения и рождается искусство, возникает нечто неуловимое, меняющее всех участников процесса. Если книга или картина живые, они способны воздействовать на воспринимающую сторону, но они меняются и сами. Они будто взаимопроникают и «приручают» друг друга.

Это краткое вступление было продиктовано необычностью личности автора двух книг «Четыре портрета» — Александра Толстикова – профессионального химика и художника, члена-корреспондента РАН и действительного члена РАХ. В нем самом давно уже происходит реакция синтеза науки и искусства, помогающая ему создавать новый жанр, соединяющий в себе живопись и учебник по технике живописи, газетное интервью и художественную прозу, сдержанность ученого и страсть публициста.

«Четыре портрета» часть 1 и часть 2, предлагаемые взыскательному читателю, написаны в соавторстве с искусствоведом Марией Вяжевич и историком-архивистом Виталием Афиани (я умышленно не перечисляю их титулы и звания, поскольку они исчерпывающе представлены в книгах), но, на самом деле, соавторов у Александра Толстикова гораздо больше. Это и крупнейшие художники-шестидесятники, родоначальники «сурового стиля» Петр Оссовский и Виктор Иванов, и выдающийся химик-органик Генрих Толстиков, и знаменитый историк Сигурд Шмидт, и все остальные герои диптиха об искусстве и науке. Книги Александра Толстикова полифоничны – в них звучат голоса автора и героев, прямая речь которых служит испытанием живописных портретов каждого из них. Мы становимся свидетелями экспертизы на подлинность: найдет ли «суровый стиль» повествования Петра Оссовского соответствие в его живописном изображении, отразится ли трагизм позднего периода жизни Дмитрия Жилинского в его портрете? И, как кажется, тут на помощь художнику Толстикову приходит Толстиков химик, очень много знающий о природе реакций и необходимых условиях для их проведения.

Я как независимый читатель утверждаю: «химия» происходит. Это не портреты в привычном смысле слова, это не современные 3D изображения. На наших глазах рождаются новые объемы, новый синкретический жанр. Искусство живописи соединяется с искусством слова и искусством науки, они взаимодействуют, рождая реакцию и вовлекая в нее любого, кто держит в руках эти книги.

Поэтому и приглашение к чтению «Четырех портретов» должно звучать особо. Это и персональная выставка художника Александра Толстикова, это и серьезный диалог о современном искусстве с искусствоведом Марией Вяжевич, и благодарные воспоминания директора Архива РАН Виталия Афиани о своем выдающемся учителе. Но это еще и круглый стол, за которым крупнейшие люди искусства и науки обсуждают собственные судьбы и судьбы страны. А потому о каждом из восьми портретов, вошедших в две книги, хочется воскликнуть:

«Остановись, мгновенье, ты прекрасно!»